Рубрика:

Знал только дом и храм

О святителе Афанасии (Сахарове)

Отец будущего святителя умер вскоре после рождения сына. Мать, Матрона Андреевна, ока­залась мудрой и строгой воспитательницей. Всю душу она вложила в своего сына, не разлучаясь с ним до самой ссылки. Горячо любя своего ре­бёнка, Матрона Андреевна не баловала его, ста­ралась оберегать от всего дурного и надеялась в будущем увидеть сына монахом. Серёжа знал только дом и храм, научился у матери шить и вы­шивать бисером, что ему пригодилось впослед­ствии в ссылке, где он шил себе облачения, вы­шивал бисером ризы на иконы. Владыку даже по­хоронили в облачении собственной работы.

О женщине-христианке

Протоиерей Тихон Пелих

Один из дивных старцев нашего времени, про­тоиерей Тихон Пелих, говорил в проповеди о том, что в «очах Божиих каждая женщина по своей природе призвана либо быть носительницей ду­ховной жизни на земле, мироносицей, либо про­должать творчество рода человеческого… Это вы­сокое призвание ложится главным образом на женщину.

Честное материнство есть воля Божия. И всякое извращение этой воли Божией есть хула на Духа Святого, на Матерь Божию, на Её Бого-материнство. Всякая женщина, по мысли бого­словской, есть как бы икона Божией Матери». Батюшка Тихон считал, что русскую мать воспи­тала Сама Пресвятая Богородица.

О матери

Митрополит Камчатский Нестор (Анисимов)

Я всегда с сыновней благодарностью и благо­говением вспоминаю светлое для меня имя доро­гой моей матери. Весь наш род со стороны ма­тери был духовного звания. Добрая, одарённая природным умом, мама с детских лет воспиты­вала в нас веру в Бога и Его святых угодников. Она научила нас уважать и любить людей, неза­висимо от их положения в обществе. Под любя­щим, заботливым материнским влиянием, по мере нашего возрастания, сердце каждого из нас, её сыновей, утверждалось в религиозно-нравственном направлении и, согласно с разу­мом, устремлялось на избранный по призванию жизненный путь…

Как она умела молиться!

Из воспоминаний архимандрита Тихона (Агрикова)

Архимандрит Свято-Троицкой Сергиевой Лавры Тихон (Агриков, в схиме — Пантелеймон), почитаемый за высокую духовную подвижниче­скую жизнь, с горячей сыновней любовью и неж­ностью вспоминал о своей матери:

«..А как она умела молиться! Два сына её были в пекле войны. Сколько они видели смертей!.. А вот ведь вернулись невредимыми. Вымолила. Помню, когда я ещё приезжал на каникулы до­мой, то ночью случайно приходилось просы­паться. И всегда, как ни просыпался, слышал ти­хий шёпот молитвы. Она ночью молилась. И так целыми ночами. О, эта материнская молитва! В воде не тонет и в огне не горит. А как она сильна, эта материнская молитва! Кажется, ничто не может сравниться с ней.

Исцеление слепой девочки

«Лет двадцать тому назад, — вспоминала жи­тельница Петербурга Елизавета Павловна Ива­нова, — я отдыхала летом в Кривоезерской жен­ской пустыни Костромской области. Пустынь раскинулась на берегу Волги. Здесь я была свиде­тельницей такой картины.

К пристани Кривоезерской пустыни, следуя из Нижнего Новгорода, подошёл пассажирский па­роход. Масса пассажиров вышла на пристань. А одна женщина средних лет с девочкой лет де­вяти, сойдя с пристани, направилась в монастырь. Девочка поднималась по лестнице с каким-то особенным чувством радости. Переходя с одной стороны лестницы на другую, она бросалась на перила и громко восклицала: „Милая, дорогая мамочка! Я и сюда погляжу, и сюда погляжу!" Когда мать и дочь взошли на площадку лестницы и поравнялись со мною, я обратилась к девочке со словами: „Ангел мой! Когда ты поднималась по лестнице и бросалась с одной стороны на дру­гую, мое сердце изболелось за тебя. Я страшно боялась, как бы ты не сорвалась с перил и не упала на груды камней. Ведь ты бы могла раз­биться до смерти!" Мать её, идя за ней, ответила мне: „Я и сама опасалась за свою девочку, но те­перь для неё исключительные дни радости. Я ей все позволяю и сама разделяю с нею её радость". И при этом она рассказала чудесную историю только что свершившегося исцеления дочери от слепоты в Сарове, у мощей преподобного Сера­фима. „Это моя дочь Вера, она родилась слепая и была слепой девять лет. Я страдала беспредельно, не зная покоя ни днём ни ночью. Я была с ней у самых лучших глазных врачей, и все говорили мне, что болезнь её неизлечима. У меня осталась только единственная надежда на помощь Божию и помощь преподобного Серафима. В Саров, к святым мощам угодника Божия, мы прибыли всего две недели тому назад. Всю первую неделю мы не выходили из собора, от святых мощей пре­подобного Серафима, и со слезами просили его помощи и предстательства перед Богом о дарова­нии Верочке зрения. Но слёзной мольбы нашей преподобный Серафим как бы не слышал.

Рождённый по молитвам

О святителе Игнатии (Брянчанинове)

Наиболее глубокий, трезвый и ясный церков­ный писатель последних времен, впитавший ду­ховный опыт великих святых отцов Восточной Православной Церкви, истинный подвижник и аскет, епископ Кавказский и Черноморский Иг­натий (Брянчанинов) от чрева матери был избран на служение Господу Богу.

Его родители, Александр Семёнович и Софья Афанасьевна Брянчаниновы, потеряли первых двоих детей ещё во младенчестве, вскоре после их рождения. После смерти двух малюток долго юная чета оставалась бездетной и горько скор­бела о своём несчастье. Наконец в глубокой пе­чали Брянчаниновы обратились к единственному средству — Небесной помощи.