Необходимость духовного возрождения семьи и государства для их сохранения

Демографическая проблема нашего времени в известной мере держится и на безответственности мужчин. Их ненадёжность порождает у женщин страх перед будущим. Из-за отсутствия мужского начала в семье у женщин возникает не­уверенность в завтрашнем дне, сомнения в воз­можности вырастить, воспитать детей: «А вдруг он уйдёт, бросит одну с детьми?.. Вдруг он нас не прокормит?» Почему раньше в России почти все семьи были большими, многодетными? Потому что была твёрдая идея нерасторжимости брака. Потому что глава семьи был настоящим мужчи­ной — кормильцем, защитником, молитвенни­ком. Потому что все были рады рождению детей, ведь это — Божие благословение, умножение любви, укрепление рода, продолжение жизни. Мужчине в голову не приходило бросить жену с детьми: это же постыдный грех, позор и бесче­стье! А женщине в голову не приходило делать аборты — убивать своё родное дитя. Жена была уверена, что муж до смерти не предаст, не уйдёт, не бросит, что на пропитание будет зарабаты­вать, и она не боялась за детишек. Матери обычно более ответственны по отношению к чадам, потому-то они всего и опасаются. А страх этот — оттого, что мужской дух из семьи исчезает. Но как только мужской дух укрепляется и женщина уверена, что муж не предаст, она с радостью го­това иметь много детей. Мы видим это в церков­ных приходах, где три-четыре ребенка в семьях уже являются нормой. Это как раз пример того, что православные понятия нерасторжимости брака и ответственности перед Богом дают чув­ство надёжности, уверенности в будущем.

Обсуждая проблемы семьи, почти всегда гово­рят только о матерях, вроде как за семью и детей отвечают только они. И в любой спорной семей­ной ситуации право почти всегда на стороне жен­щины. Возрождение отцовства сегодня необхо­димо и важно как никогда. Отцы должны пони­мать свою ответственность, тот особый дух, носителями которого они должны быть. Тогда женщина опять станет женщиной, ей уже не нужно будет полагаться только на свои силы. Не надеясь на мужа, она держится за работу, без конца занимается учёбой, чтобы не потерять ква­лификацию, множеством других дел, отрываю­щих её от семьи, от чад. Дети от этого плохо вос­питаны, хуже учатся, слабее здоровьем. Вообще принцип абсолютного равенства полов вызывает очень много проблем и в воспитании, и в образо­вании. В частности, воспитывают и обучают мальчиков так же, как девочек, а девочек — как мальчиков. Потому-то и в семьях потом не могут разобраться, кто главнее, кто сильнее, кто от­ветственнее, да выясняют, кто кому чего должен.

Поэтому одна из главных задач сегодня — воз­родить мужской дух, дух отцовства. Но чтобы это произошло, важен дух всего государства. Когда оно построено на либеральных принципах всеоб­щего равенства, диктата прав всевозможных меньшинств, феминизма, почти неограниченной ­свободы в поведении, то это проникает и в се­мью. Сейчас много говорят о ювенальной юсти­ции, которая полностью подрывает авторитет ро­дителей, лишает их возможности воспитывать собственных детей на традиционных началах. Это просто разрушение всего Божественного иерар­хического устроения мира.

Российское государство всегда было устро­ено по семейному принципу: во главе стоял «отец». В идеале это, конечно, православный царь. Его и называли «Царь-батюшка» — так его и почитали, и слушались. Государственное устрой­ство являлось примером устроения семьи. У царя была своя семья, свои дети, но семьёй для него был и весь народ, вся Россия, которую он хранил и за которую перед Богом отвечал. Он подавал пример служения Богу, пример семейных отно­шений, воспитания чад. Показывал, как надо хранить родную страну, её территорию, её духов­ные и материальные богатства, её святыни, веру. Теперь, когда нет царя, мы радуемся любой силь­ной власти и правителю, который думает о Рос­сии, о народе, заботится о нас. Семья не может быть построена на либерально-демократических принципах. Единовластие, отцовство — главный принцип построения семьи.

На примере разных стран легко можно заме­тить, как влияет тип государственного устройства на жизнь народа. Пример мусульманских стран нам показывает: пусть и специфично, но отцов­ство у них есть, почитание главы семьи есть, и как следствие — крепкие семьи, высокая рожда­емость, успешное экономическое развитие. В Ев­ропе же наоборот: институт семьи упраздняется, рождаемость упала, целые регионы заселяются эмигрантами совсем другой культуры, веры, тра­диций. Чтобы сохранить институт семьи, а в ко­нечном итоге и само государство, нужна крепкая государственная власть, лучше — единоначалие. Нужен «отец» — отец нации, отец государства. В идеале это должен быть Богом поставленный человек. Тогда и в семье отец будет восприни­маться, как это и было на Руси традиционно, че­ловеком, Богом поставленным.

Семья, являясь «клеткой» государства, стро­ится по тем же законам — подобное состоит из подобного. Если всё в социуме устроено не так, если государственная власть действует по совер­шенно чуждым традициям законам, то, есте­ственно, и семья, как, например, в Европе, упразд­няется, приобретает формы уже даже не просто грешные, а патологические — гомосексуальные «браки», усыновление детей в такие «семьи» и т. п. Даже нормальному человеку в таких условиях сложно уберечься от развращения. А ведь всё это идёт от государства. Государство начинает стро­иться с семьи, но и семья должна строиться госу­дарством.

Простым людям нужно, несмотря ни на что, сохранять традиционные, установленные Богом формы устроения семьи. Именно этим мы со вре­менем, может быть, восстановим и в государстве иерархический порядок. Восстановим нашу на­родную жизнь как общинную жизнь, как собор­ную жизнь, как семейную жизнь. Народ — это единая, соборная, Богом данная семья. Сохраняя Православие, духовные традиции, культуру, пра­вославную семью, воспитывая детей по-пра­вославному, строя свою жизнь по Божествен­ным законам, мы тем самым будем возрождать и Россию.