Проводить время в благочестии и благонравии

Генералиссимус Александр Васильевич Суворов и его дочь Наталья

13 ноября 1730 года в тихом московском при­ходе церкви во имя святого Феодора Студита у Никитских ворот родился мальчик. На истори­ческом небосклоне Русской земли взошла новая яркая звезда. Младенца нарекли Александром. Когда отроку исполнилось одиннадцать лет, его отец, крестник Государя Петра Алексеевича, под­поручик Василий Иванович Суворов, записал сына в лейб-гвардии Семёновский полк. По пре­данию, Василий Иванович послушался добро­го совета знаменитого Арапа Петра Великого — Абрама Петровича Ганнибала.

После многочисленных победоносных сраже­ний Александр Васильевич приобрел славу непо­бедимого, был в чрезвычайном почёте у импе­ратрицы Екатерины Великой, но при Государе Павле Петровиче подвергся опале за несогласие в вопросах воинского обучения. 6 мая 1800 года великий полководец, князь Италийский, граф Рымникский, граф Священной Римской импе­рии, генералиссимус российских сухопутных и морских сил, генерал-фельдмаршал австрийских и сардинских войск, гранд Сардинского королев­ства и принц королевской крови (с титулом «ку­зен короля»), кавалер всех российских и многих иностранных военных орденов, вручавшихся в то время, скончался в Санкт-Петербурге.

Достойно внимания отношение Александра Васильевича Суворова к своим детям, особенно к любимой дочери Наталье — «Суворочке», как ла­сково он её называл. Посвятивший себя всецело воинской службе, Суворов поздно женился на молодой княжне Варваре Ивановне Прозоров­ской и в браке счастлив не был. Спустя десять лет их супружество распалось. Александр Васильевич забрал старшую дочь, девятилетнюю Наталью, младенец Аркадий остался с матерью. Лишь один­надцать лет спустя отец увидел сына. Аркадий Александрович служил вместе с отцом, имел зна­чительные способности к военному делу и пода­вал большие надежды. Но в 1811 году, спасая то­нущего солдата, он погиб в волнах Рымника, по­жертвовав собой ради спасения подчинённого.

Поскольку лично Суворов не мог заниматься дочерью, он попросил Государыню Екатерину Алексеевну определить её на воспитание в Смоль­ный институт под руководство начальницы Со­фьи Ивановны де Лафон. Наталья Александровна воспитывалась под наблюдением самой императ­рицы, которая таким образом проявляла особую милость к «своему генералу». Отец постоянно пи­сал своей Суворочке шутливые, ласковые письма, непременно поручая дочь Христу и призывая на неё Божие благословение. Начальницу, Софью Ивановну, он наказывал слушаться: «Будь благо­честива, благонравна, почитай свою матушку Со­фью Ивановну; или она тебя выдерет за уши да посадит за сухарик с водицею» (1787 год). В шутливой форме полководец описывал сражения: «Ай да ох! Как же мы потчевались! Играли, бросали свинцовым большим горохом да железными кег­лями в твою голову величины. У нас были такие длинные булавки, да ножницы кривые и прямые: рука не попадайся, тотчас отрежут, хоть голову. Ну, полно с тебя, заврались! Кончилось иллюми­нациею, фейерверком. Хастатов весь исцарапан» (1789 год). Чем старше становилась Наталья Алек­сандровна, тем серьёзнее были письма заботли­вого отца: «Сберегай в себе природную невин­ность, покамест не окончится твоё учение. Насчёт судьбы своей предай себя вполне Промыслу Все­могущего и, насколько дозволит тебе твоё поло­жение, храни неукоснительно верность великой нашей монархине. Я ея солдат, я умираю за моё Отечество. Чем выше возводит меня ея милость, тем слаще мне пожертвовать собою для нея. Сме­лым шагом приближаюсь к могиле, совесть моя не запятнана. Мне шестьдесят лет, тело мое изуве­чено ранами, но Господь дарует мне жизнь для блага государства. Обязан и не замедлю явиться пред Его судилище и дать за то ответ. Вот сколько разглагольствований, несравненная моя Суво-рочка, я было запамятовал, что я ничтожный прах и в прах обращусь» (1790 год). Отец учил Наталью всемерно избегать праздности. Он был убеждён, что «трудолюбивая душа должна всегда заниматься своим ремеслом: частое упражнение так же ожи­вотворяет её, как ежедневное движение укрепляет тело» (1772 год).

Тяжело пережив неверность своей супруги, Александр Васильевич особенно беспокоился о нравственности Суворочки: «Помни, что воль­ность в обхождении рождает пренебрежение; остерегайся сего; привыкай к естественной веж­ливости, избегай подруг, острых на язык: где зло­словие, там, глядишь, и разврат. Будь сурова и не­многословна с мужчинами. А когда они станут с тобой заговаривать, отвечай на похвалы их скром­ным молчанием. Уповай на Провидение! Оно не замедлит утвердить судьбу твою… Я за это руча­юсь» (1791 год).

После выхода из Смольного института юная графиня Суворова была назначена фрейлиной императрицы Екатерины. Однако, несмотря на милость Государыни и почётное положение до­чери в обществе, Александр Васильевич, опаса­ясь дурного влияния императорского двора, за­брал шестнадцатилетнюю Наталью Александров­ну домой.

Пока Александр Васильевич участвовал в во­енных кампаниях, заботились о Наташе род­ственники, супруги Хвостовы. Полководец на­ставлял их: «Для любопытства ничем из Жан-Жака [Руссо] не просвещать, на всякий соблазн иметь бдительное око». «Никого из молодежи ей у себя не принимать, кто подойдёт к руке, — пол­тора шага назад. Проводить время в благочестии и благонравии, отчуждаясь от людского шума и суеты, занимаясь чтением, рукоделием, играть, бегать, резвиться». Скучая по дочери, фельдмар­шал писал: «Смерть моя для Отечества, жизнь моя для Наташи».

На руку Суворочки претендовало несколько кандидатов, но в конце концов не без участия императрицы её мужем стал старший из братьев Зубовых, фаворитов императрицы Екатерины Алексеевны, — Николай Александрович. 11 марта 1801 года он печально прославился как убийца Павла I.

После смерти графа Зубова в 1805 году на ру­ках у его молодой вдовы осталось шестеро ма­леньких детей — трое девочек и трое мальчиков. Всю себя Наталья Александровна отдала детям, стараясь воспитать их как истинных православ­ных христиан.

«Незадолго до кончины ей было ниспослано последнее утешение, достающееся в удел немно­гим: утешение видеть сыновей своих, и сыновей сы­новей своих до четвертого рода (Иов. 42, 16). Уже на смертном одре она имела радость обнять и благословить новорождённого правнука.

Кончина покойной графини была достойна жизни её, тиха и безмятежна, как кончина пра­ведницы. Кроткая душа её прошла мрачные врата смерти среди светлых дней Воскресения и сладко почила в селениях Небесного Отца, как младе­нец в объятиях матери. Она скончалась 30 марта 1844 года, в четверг Святой Пасхи. Тело её погре­бено в Сергиевской пустыни, близ Петербурга, в семейной усыпальнице графов Зубовых». Именно в те годы настоятелем Сергиевой пустыни был ар­химандрит Игнатий (Брянчанинов), впослед­ствии епископ Кавказский и Черноморский. Дочь великого Суворова оказалась достойной своего отца: хоть она не имела особенных дарований, не отличалась внешним изяществом, зато сияла ти­хим светом смиренной красоты внутреннего че­ловека. Наталья Александровна исполнила делом завет апостола Павла, который учил, чтобы жены, в приличном одеянии, со стыдливостью и целомуд­рием, украшали себя не плетением волос, не золо­том, не жемчугом, не многоценною одеждою, но добрыми делами, как прилично женам, посвящаю­щим себя благочестию (1 Тим. 2, 9).